"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Критика А. М. Горьким идей христианского гуманизма (Часть 3)

Критика А. М. Горьким идей христианского гуманизма (Часть 3)

Л.В. Яковенко, инструктор Отдела пропаганды и агитации ЦК КПБ

Критика А. М. Горьким идей христианского гуманизма
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7

Горький замечает, что люди в этом обществе разъединены частной собственностью, своеволием одних, нищетой и бесправием других. Поэтому не в религиозной «любви» надо искать выход из тупика, а в уничтожении непримиримых противоречий общества. Подобно революционному набату прозвучали на суде слова горьковского героя Павла Власова: «Мы — социалисты. Это значит, что мы враги частной собственности, которая разъединяет людей, вооружает их друг против друга... Мы говорим: общество, которое рассматривает человека только как орудие своего обогащения,— противочеловечно, оно враждебно нам, мы не можем примириться с его моралью, двуликой и лживой»(12).

М. Горький связывал решение проблемы человека с классовой борьбой пролетариата, трудящихся масс, с практической революционной деятельностью передовых общественных сил, охваченных «яркой мечтой о царстве справедливости, свободы, красоты...»(13).

Разоблачая идеи христианского гуманизма, Горький подверг критике и религиозно-идеалистические взгляды Л. Н. Толстого, считавшего единственным средством решения социальных проблем нравственное самоусовершенствование личности. Толстой отрицал необходимость классовой и политической борьбы, полагал, что «для избавления рабочих от их бедствий есть только одно средство: очищение себя»(14). Для улучшения жизни трудового люда, по мнению Толстого, нужны не революционные преобразования, а религиозно-нравственное совершенствование отдельной личности. Наивно подходя к пониманию принципа всеобщей любви как к абсолютному требованию и руководящей заповеди, Толстой выступил с евангельской проповедью непротивления злу насилием. Тем самым он осуждал всякое насилие, в том числе и революционное.

В. И. Ленин неоднократно отмечал, что «толстовство» явилось одной из серьезнейших причин поражения первой русской революции, так как оно, по существу, оправдывало классовое угнетение трудящихся, парализовывало их волю к революционному действию, опутывало рабочее движение религиозным дурманом. В период революционного подъема, считал В. И. Ленин, «всякая попытка идеализации учения Толстого, оправдания или смягчения его «непротивленства», его апелляций к «Духу», его призывов к «нравственному самосовершенствованию», его доктрины «совести» и всеобщей «любви», его проповеди аскетизма и квиетизма и т. п. приносит самый непосредственный и самый глубокий вред»(15).

Горький полностью разделял ленинскую оценку учения Толстого. Еще в 1902 году он писал К. Е. Пятницкому по поводу толстовской проповеди о самосовершенствовании личности: «Если б вы знали, как мне противен этот поворот назад, к самоусовершенствованию! Я не оговорился— это назад! Теперь — совершенный человек ненужен, нужен боец, рабочий, мститель. Совершенствоваться мы будем тогда, когда сведем счеты»(16). «Оценка религиозных взглядов Льва Толстого,— писал он позже,— дана В. И. Лениным. Это совершенно правильная оценка»(17). В курсе лекций по истории русской литературы Горький говорил, что грубо тенденциозная проповедь пассивности, в конечных выводах своих, глубоко реакционна, способна причинить и причинила уже огромный вред делу революции. «Вред идей Толстого как философа,— отмечает Горький,— очевиден для нашей страны, которая нуждается как раз именно в том, что ощущает самый громкий ее голос,— нуждается в знаниях, в науке, в демократизации научных знаний. Еще более вреда приносит проповедь пассивного отношения к жизни,— там, где все спасенье — в активности, в работе»(18),

В художественных произведениях, публицистических статьях и письмах Горький дал обстоятельную критику религиозных взглядов Толстого, решительно вскрывал их несостоятельность и реакционность. «Осудительно и жестко говорил он об ошибках Толстого, и чувствовалось, что он никогда не уступит Толстому ни вершка своей горьковской правды»(19),— вспоминал К- Чуковский.

На формировании непримиримой позиции Горького к толстовству сказалось влияние В. И. Ленина, который в 1911 году в письме к нему писал, что «Толстому ни «пассивизма», ни анархизма, ни народничества, ни религии спускать нельзя»(20).