"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Древнегреческая философия и христианство. Критика богословских воззрений (Часть 3)

Древнегреческая философия и христианство. Критика богословских воззрений (Часть 3)

В.П. Оргиш, аспирант (ВГУ им. В. И. Ленина)

Древнегреческая философия и христианство. Критика богословских воззрений
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6

Сократ отождествил нравственность, науку и истинное знание, считая, что все они имеют якобы общую универсальную основу— вселенский разум. Поэтому знание и добродетель у него  - синонимы. Здесь философ сделал главное своё открытие – выдвинул тезис о том, что человеку нужно не знание само по себе, не счастье, не удача, а добро. Он различил хорошее и доброе, показав что эти понятия не всегда совпадают. Быть истинно счастливым, говорил Сократ, значит, искать не внешнего удовлетворения, не удачи, а добра, как определяет его разум. В христианстве формула нравственного самоусовершенствования стала едва ли не основным его морально-дидактическим требованием. Внешнее, чувственно испытываемое счастье, удачу легко может похитить случайность, тогда как добродетель есть внутреннее состояние человека, неразрывно слитое с самим его существом, оно не подвержено превратностям изменчивого мира, непреходяще.

По убеждению Сократа, человек добывает себе добро только сам и праведность —его внутреннее дело. Гарантом правильного выбора служит разум, который в силу своей внутренней природы ничего не принимает на веру без доказательств. Всеобщность своих притязаний разум обосновывает тем, что никто из смертных и даже богов не может отрицать его правоты и универсальности, ибо в противном случае они будут отрицать свою собственную : разумную сущность. Поступающий согласно разуму поступает непременно согласно добру. Выбирающий доброе выбирает угодное богам, поскольку они тоже действуют согласно разуму, а потому и добродетель для них та же, что и для людей.

У Сократа этико-философская доктрина носит телеологическую направленность. Смысл и цель человеческой жизни заключаются у него в интеллектуальном и нравственном совершенствовании. Главным стремлением человека должны быть пропаганда и делание добра, ибо это повеление богов приносит высшее моральное удовлетворение. Впервые морали отдается бесспорный приоритет, она объявляется единственной разумной альтернативой злу и физическому насилию. Сократ поучал, что «не надо ни отвечать на несправедливость несправедливостью, ни делать кому бы то ни было зла, даже если бы пришлось  от кого-то пострадать»(4). Здесь уже звучит тот реакционно-примиренческий мотив, который стал одним из краеугольных камней христианской морали, своеобразным категорическим императивом, предписывающим непротивление злу насилием. Существенным моментом этики Сократа была утопическая идея преодоления зла и социальной несправедливости посредством преобразования образа мыслей и морального облика людей. В христианстве она превратилась в центральный принцип идейной пропаганды и вероисповедной пропедевтики.

Представления об универсальности добра сделались достоянием христианства. Благость стала первейшим атрибутом образа бога. Все драматические коллизии евангельского Христа, согласно богословской догматике, были обусловлены бесконечной благостью бога  отца, простившего людям их грехи и вознамерившегося спасти их.

Выдвинутая Сократом формула универсальности, всеобщего разумного основания морали и нравственного самоусовершенствования оказалась для христианства весьма выгодной. Она соблазняла верующих возможностью приобщения к высшему благу еще при жизни. Любой пожелавший мог, следуя дорогой Сократа, приобщиться к подлинному добру и истине, простирающимся за пределы чувственно-предметного мира. Верующий, лишенный счастья в реальной жизни, мог надеяться, что еще не все потеряно, что его праведность и долготерпение будут вознаграждены. Идея онтологичности, абсолютно инвариантного характера разума (и основанной на этом универсальности морали) была ключевым пунктом методологического влияния античной философии на христианство. Она сделала возможным так называемое богопознание, без нее теология была бы лишена опоры в мышлении человека. Разум стал религиозным фетишем. «Так как христианство,— свидетельствуют церковники,— является отображением божественного разума, то в известной степени оно может быть понято как религия разума»(5).

Принцип универсальности разума, выдвинутый Сократом, воспринял и развил Платон. Но в теории познания он отступил от этого принципа и наряду с рациональной ступенью познания ввел иррациональную. Аристотель в полемике с Платоном окончательно установил универсальный статус разума и основанного на нем рационального познания.