"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Великое гонение Диоклетиана на христиан (Часть 6)

Великое гонение  Диоклетиана на христиан (Часть  6)

В.А. Федосик, кандидат исторических наук (Белорусский государственный университет им. В.И. Ленина)

Великое гонение Диоклетиана на христиан
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6

Пожалуй, появление таких эдиктов говорит о том, что среди христиан оказалось немало ’’отступников”, которые предпочли доказать свою лояльность императорскому режиму. И уже неизбежно должен был породить немалое количество ’’падших” четвертый эдикт. В литературе можно ветретить утверждение, что он предписывал принесение жертв официальным богам только христианами, что нельзя признать верным. Евсевий, да и Лактанций ясно говорят о всеобщем жертвоприношении для всех жителей империи (Mart. Palest., 3, De mor. pers., 15). Основную массу жертв данного эдикта составляют миряне. К такому выводу приводит анализ сочинений Евсевия, повествующих о Палестине, Египте, Аравии, Сирии, Понте.

В литературе мало внимания обращалось на большое количество ’’падших” христиан при этом гонении. Для теологов вряд ли дело объясняется невнимательностью. Ведь если провозглашать, что ’’Цезарь и Христос встретились на арене и Христос победил”, то как-то не к месту при такой патетике говорить о множестве ’’отступников”. А между тем источники дают нам веские основания утверждать, что и на сей раз количество ’’падших” среди христиан было велико. И оно не ограничивалось теми клириками, которые выдали христианские книги властям для уничтожения.

Евсевий в своей ’’Церковной истории”, говоря о многих стойких, сообщает о ’’бесчисленном множестве” испугавшихся и исполнивших требования властей. Он же сообщает, что весьма распространенным было в Палестине ’’отступничество” местных епископов. Третий канон Анкирского собора говорит о христианах, выступавших в качестве агентов, провоцировавших других единоверцев к отступничеству вместе с ними. В 63-м каноне Эльвирского собора речь идет о таких доносчиках, по обвинениям которых их жертвы включались в проскрипционные списки,

Кое-что могут поведать и законодательные акты. В толерантном эдикте Галерия 311г. после слов о несбывшемся намерении императорской власти обратить христиан к старой римской религии говорится, что ’’многие” из христиан повиновались соответствующим эдиктам.

Первый антихристианский эдикт, обнародованный 24 февраля 303 г., содержал распоряжение о смещении с должностей христиан, занимавших важные посты в государственной администрации, И первыми репрессированными стали христиане, находившиеся при дворе императора. Возможно, это было связано с обвинением их в поджоге императорского дворца.

Итак, три первых анализируемых указа были направлены своим острием против влиятельных христиан в государственной администрации и против христианского духовенства. Ставилась ли государственной властью цель уничтожения данной церкви либо новой религии вообще? Или причиной к конфликту послужило упоминавшееся Галерием в его эдикте 311г. стремление возвратить христиан к традиционной римской религии (в духе веротерпимости и синкретизма) ?

Религиозная политика Диоклетиана, а затем и Константина была составной частью внутренней политики режима домината. Реформы, осуществленные в Римской империи в конце III —начале IV в., объективно выражали приспособление к новым историческим условиям (т.е. переход на путь феодализации). Потребовалось и новое идеологическое обоснование изменившейся государственной системе. В силу тогдашних условий оно должно было быть в первую очередь религиозным. Происходил поиск этого нового обоснования. Этим обусловливалась религиозная политика и Диоклетиана, и Константина. Но решение данной общей задачи было неодинаковым. Императорская власть при Диоклетиане искала идеологическое обоснование новому режиму на путях укрепления старой римской религии. При этом власть императора получала ’’обожествление” через провозглашение самого монарха богом. Как правильно отмечает В.Д. Неронова, субъективно Диоклетиан и Константин стремились к восстановлению прежней Римской империи. Возможно, поэтому и идеологическое обоснование было вначале избрано прежнее. Этот путь в скором времени обнаружил свою несостоятельность. Константин нашел идеологическую опору режиму домината в системе всех религий, существовавших в империи. В их числе оказалось и христианство. Это в большей степени соответствовало бонапартистскому характеру режима домината.

В процессе же реставрации старой римской религии христианство, к тому времени распространившееся в империи, Диоклетиан рассматривал как препятствие. Христианское духовенство постоянно заверяло о своей поддержке императорской власти, но в основном отказывалось от участия в официальном культе.

Императорская власть все еще рассматривала христианство как идеологического соперника. Хотя церковь и объявляла власть императора данной богом, однако отказывалась признавать божественной персону императора. В новых социальных условиях в психологии масс утратила какую-либо популярность прежняя, во многом еще полисная, шкала духовных ценностей. Христианская проповедь несовершенства мира, его ценностей и добродетелей все больше и больше привлекала к себе людей. Интернациональный характер христианства, о котором говорил Ф. Энгельс, служил важной предпосылкой к превращению его в религию всего населения Римской империи. Все это не могло не настораживать императорскую власть, стремившуюся реставрировать прежнюю идеологию. Но эти попытки, связанные с гонениями на христиан, были обречены на неудачу. Христианство выступало именно как продукт краха ”античкых мировых порядков” и впитывало з себя элементы этого краха.

Политически неблагонадежным элементом представлялись христиане прежде всего в армии, которая сыграла немалую роль в постоянной борьбе за императорский престол в III в. Сам Диоклетиан стал императором как армейский ставленник. И первыми были меры против христиан в войсках, где они занимали ряд высших постов. Но совершалось это отнюдь не как всеобщее устранение христиан из армии. Скорее, им предлагался тест на лояльность. Сопротивление этому мероприятию привело к удалению христиан из государственной администрации, особенно с высших постов, а затем и к репрессивным мерам в отношении духовенства. Но и здесь, по-видимому, речь не шла о полном уничтожении христианской церкви. Христианским клирикам давалась возможность подтвердить свою лояльность путем совершения жертвоприношений официального культа. И такая возможность, как показывают источники, использовалась частью христианского духовенства.

Эдикт 304 г. о всеобщем жертвоприношении римским богам всем населением империи выходил за рамки антихристианских репрессий. Он в большей мере выражал сущность религиозной политики тетрархии — восстановить престиж традиционной римской религии, выступавшей идеологической опорой существовавшего строя. Эдикт был направлен лишь против тех христиан, которые отказывались подтвердить свою лояльность предписанным властями путем. Он не предусматривал полного искоренения христианства.

Антихристианские мероприятия Диоклетиана и его соправителей по тетрархии, таким образом, не были акцией, диктовавшейся чисто религиозными мотивами. Это были мероприятия прежде всего политического характера, вытекавшие из сущности политики режима домината.