"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Швец К., ЕрмаковА., Сальников Б. Подумайте о своей судьбе! (Часть 1)

Швец К., ЕрмаковА., Сальников Б. Подумайте о своей судьбе! (Часть 1)

К содержанию....

Швец К., ЕрмаковА., Сальников Б. Подумайте о своей судьбе! 
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4

История Загорской семинарии началась с того, что для сбора учеников во все монастырские вотчины были разосланы солдаты. Им было строго предписано «выслать служних и подьяческих детей... немедленно, не слушая никаких отговорок, а если кто из тех детей будет укрываться, то выслать тех, у кого они жительством показаны... К взяткам не касаться под опасением тягчайшего штрафа».

Жизнь воспитанников духовного учебного заведения, система тупой зубрежки, нравы будущих священнослужителей, их неверие известны нам из книги Г. Помяловского «Очерки бурсы», написанной сто лет назад. Но и сейчас книга эта не стала просто литературным памятником прошлого. Оказывается, многое из того, о чем писал Помяловский, живет и поныне в стенах московских духовных семинарии и академии. В этом убеждают рассказы их бывших учащихся — А. Ермакова, К. Швеца, Б. Сальникова, чьи выступления мы печатаем ниже.

А. Ермаков попал в семинарию семнадцатилетним юношей, когда он не выдержал конкурсных экзаменов при поступлении в институт.

Сын священника из западноукраинского городка Почаева К. Швец до поступления в академию сам тринадцать лет был священником.

Интересна и поучительна судьба Б. Сальникова. Был он неверующим, работал на Егорьевском заводе «Комсомолец». Полюбив дочь священника, юноша пошел на первую уступку религиозной семье:          согласился                обвенчаться. Дальше — больше. Отец жены, который успешно обратил «в лоно православной церкви» своего первого зятя, взялся за второго. Когда у молодых родился сын, он пошел в решительное наступление: или уходи из семьи, или принимай духовный сан, иди учиться в семинарию. Документы, необходимые для поступления, состряпали быстро. Атеисту Сальникову настоятель местной церкви Ковальский дал убедительную характеристику «как истинному христианину, регулярно посещающему церковный храм, систематически исповедовавшемуся». Так «истинный христианин» Сальников стал семинаристом.

Рассказывая о быте, нравах, преподавании в Загорской академии и семинарии, А. Ермаков, К. Швец и Б. Сальников единодушны в своих оценках и выводах. Они пишут о том, как калечит человеческую личность тупая мертвящая зубрежка, как приучает лицемерить атмосфера лжи, угодничества и прямой слежки друг за другом, к которой принуждают учащихся их наставники. Обращаясь к бывшим товарищам по учебе, они призывают: подумайте о своей судьбе!