"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Швец К., ЕрмаковА., Сальников Б. Подумайте о своей судьбе! (Часть 2)

Швец К., ЕрмаковА., Сальников Б. Подумайте о своей судьбе! (Часть 2)

К содержанию....

Швец К., ЕрмаковА., Сальников Б. Подумайте о своей судьбе! 
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4

Почему я перестал верить в бога.

...Учитывая тринадцатилетний опыт священника, меня назначили благочинным академического храма. Это дало возможность близко увидеть жизнь «столпов» академии. И снова, как прежде, я столкнулся с жадностью, корыстолюбием, соперничеством духовенства.

Тридцатитрехлетний архимандрит Питирим (Константин Нечаев) —один из самых влиятельных людей в академии — считает себя «борцом за прогресс в обучении». Этот «прогресс», по мнению Нечаева, должен выражаться в усиленной зубрежке, в воспитании фанатической веры, стремлении к отказу от мирских благ.

...Кто же такой сам Нечаев? Бросив учебу в Московском институте инженеров железнодорожного транспорта, он стал иподиаконом, затем студентом академии, ее преподавателем, монахом и, наконец, инспектором. Еще будучи студентом, он на доходы от иподиаконства построил первую дачу. В 1958 году Нечаев принял монашество, диктующее отказ от мирских благ, и... построил вторую дачу. Ежемесячно этот «отшельник» получал оклад в тысячу рублей (в новых деньгах).

Архимандрит Питирим не исключение.

«Доцент» В. И. Талызин когда-то окончил два технических вуза и работал на заводе имени Лихачева. Редко теперь можно увидеть Талызина трезвым. Не вера, а стремление к легкой жизни привело его в академию, где чтение лекций он перемежает кутежами.

Вся обстановка академии, как, впрочем, и религиозные каноны, дает в руки нечестным людям, эгоистам и карьеристам моральное оправдание разврата, воровства. Ведь «право» наказывать за грехи предоставлено только богу! Но за много лет своего пребывания в среде духовенства я ни разу не видел, чтобы бог в чем-нибудь ущемил, а тем более наказал подобных людей.

Так в моей душе вместе с неприязнью к церковникам росли сомнения в самой вере. Руководители академии предусмотрели возможность таких сомнений. Вся постановка обучения направлена на то, чтобы оболванить человека, отучить его думать. В основу учебного процесса положен принцип: «Верою, а не ведением познается религия». Поэтому все преподавание и быт студентов пронизывает крайний деспотизм...

Поступив в академию совершенно здоровыми, многие из нас в такой обстановке заболевают, сходят с ума, покушаются на самоубийство. Только за время моей учебы в академии повесился в изоляторе семинарист Кудоюк, отец двоих детей. Сошли с ума семинаристы Красноцветов и Ухин, студенты академии Белоконь и Плетнев. Меня здесь довели до тяжелого сердечного заболевания...

Я ушел из академии, снял с себя сан священника. Я сожалею о безвозвратно потерянных в церковной среде шестнадцати годах жизни.

К. Швец,

бывший студент духовной академии