"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Сорокин Н. Я порвал с религией

Сорокин Н. Я порвал с религией

К содержанию....

Мне давно уже надо было написать это письмо в редакцию, но не так легко это было сделать: ведь с самого раннего возраста, с пяти лет, отравляли меня религиозным дурманом!

Оглядываясь на прошлое, задумываясь над тем, как попал я в сети служителей религиозного культа, я всегда вспоминаю свою бабушку. Это она и ее подруги, такие же старые, темные женщины, захватили душу ребенка своими бредовыми россказнями о боге, загробной жизни, об аде и рае. Сначала я слушал это, как сказку, а потом начал верить в это, верить в бога, молиться ему, просить его, «всесильного» и «всемогущего», простить мне мои «грехи», даровать свою милость. И не было рядом со мной человека, который бы с самого начала раскрыл мне глаза, вырвал меня из-под пагубного, одурманивающего влияния темных богомолок.

Честно говоря, мне и тогда уже было стыдно за подобные свои поступки, стыдно не только товарищей, но и родителей своих, людей культурных, сознательных, но вынужденных по ряду обстоятельств передоверить мое воспитание бабушке. Кто знает, может быть, обрати мой отец на меня больше внимания, мне удалось бы избежать в жизни многих ошибок...

Мальчишкой еще я украл v одной богомольной старушки евангелие и втайне от родителей начал его усердно изучать. Поделиться своими мыслями с кем-нибудь из товарищей я не мог: было стыдно, никто ведь из них в бога не верил, богу не молился. Самому понять бессмысленность и вред религии я еще не был в состоянии. И тут все сильнее и сильнее цеплялось за меня старое. Задумался я, ходил словно в воду опущенный. Видел, что окружающая меня действительность совершенно не похожа на то, что написано в «божественных книгах», и все же порвать с религией не мог — не хватало ни убеждения, ни решимости, ни силы воли.

И вот меня призвали в Советскую Армию, я стал солдатом. Если раньше я был, по существу, один на один со своими мыслями, сомнениями, то теперь вокруг меня были настоящие люди, друзья. И все же не так-то просто преодолеть в себе пережитки прошлого, не так-то легко расстается религия со своими жертвами. Первое время я и в армии продолжал верить в бога, усердно молился. Узнали об этом товарищи, командир, его заместитель по политической части, коммунисты, и началась постоянная, неустанная работа со мной.

Конечно, сразу увидел я, что во многом они были правы. Вокруг меня всегда была веселая, жизнерадостная молодежь. Мои товарищи-сослуживцы честно выполняли свой воинский долг перед Родиной, и никто из них не нуждался в боге, не думал о нем, не молился ему. Я видел, что советские люди сами являются хозяевами своей судьбы, творцами своего счастья. И все же отречься от религии я еще не мог.

«Все это так, — думал я, — товарищи мои в бога не веруют. Ну и что из этого? А вдруг, если я помолюсь, у меня легче служба пойдет?»

И я продолжал молиться.

Но жизнь делала свое: с кем из товарищей ни заговоришь, каждый сочувствовал моей беде, каждый старался мне помочь.

По рекомендации старших товарищей начал читать художественную литературу. Особое впечатление произвела на меня книга Николая Островского «Как закалялась сталь». Читал я ее, и передо мной раскрывался новый прекрасный мир, полный замечательных людей, великих событий, героических подвигов, и не было среди них места богу, не нужен он был людям сильным, смелым, мужественным. И я начал лучше понимать утверждение атеистов, что религия — порождение слабости людей, бессилия, что сказка о боге нужна тем, кто хочет отвлечь их от борьбы за свободу, счастье, за светлое будущее человечества.

А потом состоялся первый в мире космический полет Юрия Гагарина. За ним полетели в космос Герман Титов, Андриян Николаев, Павел Попович. И никто из них не увидел там, в далекой заоблачной выси, ни бога, ни черта. Каждый новый день Родины приносит все новые и новые свидетельства растущей мощи нашей науки. Не надо обращаться к «священному писанию» за чудесами: сами советские люди своими собственными руками каждодневно, каждочасно творят подлинные чудеса на земле, в небесах, на воде, под водой, в далеких космических пространствах. О каком уж тут боге может идти речь?!

Да, я был слеп. Я верил в то, чего никогда не было, чего нет и быть не может, я верил в бога. Да, мне стыдно за это. И я считаю своим долгом сказать об этом прямо, открыто. Может быть, я окажу этим помощь тем из товарищей, кто до сих пор еще не прозрел, кто до сих пор еще не освободился от пут религиозного дурмана. Я хочу сказать этим людям:

— Раскройте, товарищи, пошире глаза, посмотрите внимательно вокруг. Вся наша прекрасная жизнь — жизнь борцов, строителей коммунизма, вооруженных защитников социалистической Родины — свидетельствует о том, что бога нет, что религия — обман, настоящий опиум для народа. Рвите с ней так же, как порвал с религией я — окончательно и бесповоротно.

Рядовой Н. Сорокин