"Вера и знание - это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая." /Шопенгауэр А./
Sapere aude!

Андрей Колобаев "Христопродавец"

Андрей КОЛОБАЕВ "Христопродавец"
Екатеринбург – Нижний Тагил – Москва

 

 


Епископ Екатеринбургский и Верхотурский Никон

 

Публичное сожжение книг известных богословов – Александра Меня, Мейендорфа и Шмемана – по указанию епископа Никона стало последней каплей, переполнившей чашу терпения, и вызвало церковный бунт. Поначалу «тихий». А сегодня противостояние в Екатеринбургской губернии сами священнослужители и их прихожане называют не иначе как ВОЙНА.

КРИМИНАЛЬНАЯ МОЛИТВА

 

Отправляясь в эту командировку, я, признаться, понятия не имел, кто прав, кто виноват, – слишком противоречивы и невероятны были слухи, доходившие из епархии. А то, что ситуация принимает уголовно-криминальный характер, стало ясно уже в день приезда в Екатеринбург – местные газеты сообщили чуть ли не о покушении на игумена Авраама, одного из тех, кого здесь считают «инициаторами восстания против правящего архиерея Никона – богохульника и гомосексуалиста».

Из досье епископа Екатеринбургского и Верхотурского Преосвященного Никона.

В миру – Миронов Олег Васильевич. 38 лет. Родился в поселке Заречный Алтайского края. Окончил бухгалтерскую школу, трудился в рабкоопе. После армии – рабочий Иркутской епархиальной свечной мастерской. В 1984-м пострижен в монашество с именем Никон. Через пять лет уже архимандрит и настоятель Покровского кафедрального собора г. Воронежа. Еще через пять лет назначен епископом Екатеринбургской и Верхотурской епархии. В 1996–1997 годах исполнял обязанности временного члена Священного Синода Русской Православной Церкви. Награжден орденом князя Владимира III степени, медалью Российского Дворянского Собрания «В память 850-летия Москвы» III степени.

…Звоню в покои епископа. Дежурный, расспросив, кто я и откуда, после долгой паузы говорит, что епископа нет.

– А кто может знать, где он?

– Только сам Владыка!

Борис Косинский, пресс-секретарь епархии, на мою просьбу устроить встречу с Никоном реагирует без энтузиазма:

– По какому вопросу?

– По известному!

Привожу железный аргумент: нужно выслушать обе стороны.

– Владыка все время молится… Позвоните завтра в три часа…

Звоню – день, два, три, четыре, пять… Автоответчик: оставьте свои координаты. Дурака нашли… Меня уже предупредили, чем это может закончиться.

А губерния тем временем бурлит. Каждая сводка теленовостей начинается с «темы дня» – бунт на церковном корабле. Демонстрируют кадры: десятки верующих с антиниконовскими плакатами круглосуточно стоят в пикетах возле храмов… К одному из них милиции понаехало, как на захват банды головорезов… Православные Нижнего Тагила собираются объявить свой город «свободной от Никона зоной». В выражениях уже никто не стесняется…

Юрий Фугин, прихожанин нижнетагильского храма Живоносный Источник: «Я могу Владыке прямо в лицо сказать. Мы, прихожане, не пустим его даже близко, не позволим осквернять свой храм. Не место педерастам в Церкви. Пусть едут на Северный полюс, основывают там голубую епархию. Ради Бога…»

ХРОНИКА СВЯЩЕННОЙ ВОЙНЫ

 

Как показало журналистское расследование, боевые действия развивались так.

Май 1998 года. На епархиальном совете Никона обвиняют в губительной кадровой политике и финансовом беспределе, заключавшемся в «бесчинном ограблении им приходов».

Июнь. Изъятие и сожжение книг во дворе Екатеринбургского духовного училища, после чего, по словам одного из священников, отказавшихся принять участие в этой акции, набор студентов резко упал, а «на училище легла печать книгосжигательства».

Август – ноябрь. Получены доказательства и найдены десятки свидетелей того, что Никон не только безбожник, пьяница, вымогатель, но еще и гомосексуалист-растлитель. Пятеро священников по «идеологическим» соображениям, а вернее, по причине нежелания служить под началом «голубого» епископа уходят из Русской Православной Церкви Московского Патриархата в Русскую Православную Церковь Заграницей*.

Декабрь. Игумены Авраам (Рейдман), настоятель монастыря Во Имя Всемилостивого Спаса в Екатеринбурге, и Тихон (Затекин), настоятель Свято-Николаевского монастыря в Верхотурье, тайно едут в Москву к Патриарху. Епископ поднимает на ноги все УВД губернии, чтобы предотвратить встречу. Перекрывают дороги, ищут везде, даже в больницах. Но отцы все-таки встречаются с Алексием II и рассказывают о неблаговидных поступках правящего архиерея. А вернувшись, отправляют в Патриархию папку с документами, подтверждающими эти обвинения. Перетрусивший Владыка Никон на всякий случай вывозит большую часть своего имущества в неизвестном направлении.

20 января 1999 года. Приехавшую в Екатеринбург «на разборки» Синодальную комиссию Московской Патриархии расселяют в «резиденции» губернатора Эдуарда Росселя. В первый же день ее глава, архиепископ Солнечногорский Сергий, заявляет по поводу содомского греха правящего архиерея: мол, даже если так, разве это мешает управлению епархией? А отца Владимира Зязева, одного из авторитетнейших священников, даже упрекнули: как же вы, столько наград имеете, а выступили против епископа, который вас и награждал. Отец Владимир тут же снял награды и положил их на стол перед председателем комиссии.

 


Восставшие против Никона игумены Тихон (слева) и Авраам (справа) на приеме у Алексия II, декабрь 1998 г. Надежды верующих только на Патриарха

Для сведения архиепископа Сергия и Священного Синода (если они не в курсе). 25-е Апостольское правило гласит: если духовное лицо согрешило блудом (даже естественным, уж не говоря о противоестественном), оно извергается из сана и никогда уже не может служить, стоять перед престолом Господа. Пример из истории русской церкви: митрополит Зосима Московский был изобличен в «содомском грехе», лишен сана и навсегда изгнан из церкви. За осквернение.

 

Вердикт комиссии: свидетелей грехов Никона объявили подкупленными, все обвинения – вымыслом. Конфликтующие стороны призвали покаяться и помириться до заседания Священного Синода. Говорят, сам Никон в знак покаяния стоял перед 120 священниками на коленях.

Однако примирения не получилось.

Февраль. Губернатор Россель во время встречи с Алексием II заступается за Владыку. Никон, возвратившись из Москвы после празднования 70-летнего юбилея Его Святейшества, заявляет духовенству, что его простили.

Март. Группа священников вновь едет в столицу – «за правдой». На этот раз встретиться с Алексием II не удается (или не дают?), но один из его ближайших помощников якобы обещает проинформировать Патриарха. На имя Его Святейшества направляют письмо с нижайшей просьбой «удалить из тела церкви раковую опухоль педерастии и цинизма». Сто восемь подписей, в том числе пятидесяти трех священников.

1 апреля. Заседание Священного Синода, рассмотрев результаты работы комиссии, постановляет: игуменов Тихона и Авраама отрешить от должности, а протоиерею Владимиру Зязеву, настоятелю церкви на Уралмаше, вынести «порицание за факт попрания церковных наград». Всего в «черном списке» десять священников… Наказывают и Никона: объявляют выговор за… упущения в руководстве епархией.

«УПУЩЕНИЯ» ВЛАДЫКИ

 

На каких же фактах базируется обвинение против правящего архиерея и почему члены Священного Синода не сочли их даже мало-мальски серьезными?

Процитирую фрагменты подлинных документов (учитывая вышеизложенное, разумеется, без указания фамилий), переданных мне компетентными органами. Большую часть составляют показания свидетелей. Что интересно, подписывались они довольно-таки нестандартно. Например: «За каждое слово готов нести ответ на Суде Христовом». Или: «В том, что сказанное является правдой, готов присягнуть на святом Евангелии»…

Итак.

«По благословению владыки Никона я поменял… 2 млрд. 412 тысяч рублей (старыми), что составило 324 тысячи 318 долларов США… Дальнейшая их судьба мне неизвестна…» «…После откровенной матершинной брани в мой адрес владыка предложил «пожертвовать» ему на митры 5 тысяч долларов и тогда вопрос будет улажен. Что мне и пришлось сделать, со стыдом выпрашивая деньги у благодетелей нашего монастыря. Кроме этого, ежемесячно 15 миллионов рублей (старыми) от двух монастырей, Спасского и Ново-Тихвинского, я передавал лично владыке…» «Я был свидетелем, как в кабинет владыки привозились в прямом смысле мешки денег… 5–7 сестер считали несколько дней с утра до вечера… Мне… часто жаловались сотрудники Вознесенской церкви, что каждый день приходят люди от владыки, забирают полностью деньги из касс…» «Как православный предприниматель… я выделял средства как на нужды епархии, так и лично владыке. Например, на золотые панагии, поездки на Кипр и т.д. Чтобы он не разделял Ново-Тихвинский монастырь, мне пришлось предложить в качестве «пожертвования» иностранный автомобиль. Он выбрал «вольво». Потом пришлось «пожертвовать» еще 5 тысяч долларов…»

«В нижнетагильском храме Александра Невского Никон забрал два старинных дьяконских стихаря, комплект старинных парчовых риз, икону в серебряном окладе… Мог посадить своего человека в церковную кассу и все, что выручит храм от продажи свечей и заказанных молебнов, увезти с собой… Из невьянского храма реквизировал чашу, подаренную храму еще Демидовым. Красивая была чаша, позлащенная, украшенная каменьями». «…Я передал три серебряных креста, потир, две иконы в серебряном окладе из послушания правящему архиерею. Народ же приступал ко мне с вопросами: куда делись иконы, и мне пришлось оправдываться перед людьми…» «В Свято-Троицкой церкви г. Ирбита и других приходах изъяты: Евангелие в серебряном окладе, серебряные – потир, звездица, тарелочка с изображением Божьей Матери, икона Божьей Матери «Федоровской»…»

«…В Верхотурском монастыре… епископ Никон запретил иеромонахам, иеродиаконам и пономарям читать духовные книги, молитвы, Святое Евангелие до дня Святой Пасхи (до которой было еще полгода), а велел читать лишь архиерейскую службу…» «Выписка из протокола Совета атаманов Исетской линии Оренбургского казачьего войска от 29.05.98 г. С глубоким сожалением атаманами отмечались попытки епископа Никона влиять на казачьи структуры в политических и личных целях. В его выступлениях звучат угрозы… об отлучении нас от Православной Матери Церкви в случае неповиновения и невыполнения его требований… Вместо того, чтобы способствовать укреплению веры Православной, под видом кипучей деятельности идет развал и ограбление Екатеринбургской епархии. Епископ Никон своими действиями вбивает клин между Православной Церковью и казачеством… своим хамским отношением сеет раздор и недовольство в казачьей среде. Принято решение: если епископ Никон не изменит своего отношения к казакам и казачеству в целом, принять меры по недопущению его для проведения служб в храмах на территории казачьих станиц и хуторов».

«…Когда приехал Владыка, то, едва переступив порог, стал вести себя очень бурно… т.к. был в нетрезвом виде. Узнав, что один из епархиальных работников что-то не исполнил, стал… во весь голос бранить его, выражаясь нецензурными словами… Потом громко потребовал: «Наберите мне губернатора!» Окружающие убедили его не звонить в таком состоянии губернатору. Тогда Владыка стал кричать: «Наберите мне помощника губернатора!» Все были поражены такими действиями». «За последние два года на богослужение в Верхотурский монастырь Владыка Никон приезжал с мирскими и военными чинами, где после ужина разворачивалась пьянка… Несколько раз бывало так, что Владыка был даже не в состоянии самостоятельно передвигаться ввиду сильного алкогольного опьянения. Особенно пьянки участились, когда приезжало правительство области… Все эти «банкеты» сопровождались выпивкой и пением мирских песен в трапезной. Был случай… Владыка вручил Патриаршую награду орден Св. Бл. Князя Даниила Московского председателю правительства Свердловской области в Преображенском храме нашего монастыря, после чего предложил по старой традиции его «обмыть». Владыка опустил орден с изображением Святого (!) в бокал с водкой, и тот должен был зубами достать его из выпитого бокала».

«…Наш Владыка… вообще не соблюдает ни постов, ни постных дней. Очень частыми гостями были генералы и (немного реже) советник по делам религии при администрации области В.П. Смирнов. «Приемы» редко обходились без бани со спиртными напитками, откуда все выходили в весьма нетрезвом виде. Смирнова, например, после ужина приходилось выводить из-за стола под руки, так как сам он идти уже не мог, Владыка был почти в таком же состоянии… На территории Иоанно-Предтеченского храма… погиб один из рабочих. В марте 1998 г. по этому поводу было возбуждено уголовное дело против Владыки, у него должна была состояться встреча с прокурором. И она состоялась. После нее кто-то из работников прокуратуры привез Владыку домой, довел до кровати, а сам еле-еле вернулся обратно в машину… Владыку сильно рвало, он еле удерживался на кровати… и мы еле могли его удержать, чтоб он не упал лицом в помойное ведро… Утром он попросил таблеток от похмельного синдрома. Их не оказалось. Владыка рассердился… потребовал, чтоб к вечеру были… ругал себя, говоря, что он здесь никому не нужен, называя себя «дураком», «мужеложником» и еще по-всякому. Потом поехал служить Литургию на приход…»

«После вечерней трапезы у меня в келии, где присутствовал представитель губернатора Капустин А.А., во время чая пьяный Владыка вдруг ни с того, ни с чего со всего маху дал подзатыльник представителю губернатора. Александр Александрович, конечно же, возмутился… но виду не подал. Утром я спросил Владыку, помнит ли он, что он сделал вчера вечером, и он мне отчетливо сказал: «Я дал подзатыльник Капустину. Ничего, стерпит».

«…И трезвый, и пьяный Владыка Никон мог оскорбить любого священника матом и даже ударить. Однажды пьяный в присутствии нескольких высших военных чинов он неожиданно изо всей силы ударил меня поддых, а мне уже за 50 лет, так что я едва устоял на ногах… Какой-то генерал сказал: «Владыка, что вы делаете?» И добавил: «Если бы я так ударил подчиненного, даже лейтенанта, то уверен, немедленно получил бы сдачи». Владыка сказал: «Я этих сук-попов еще не так буду бить».

Словом, упущения Никона имеют место. Но это еще не все, о чем прекрасно были осведомлены члены Синода…

ГОЛУБАЯ ОБИТЕЛЬ

 

Приношу свои извинения читателям, но этот документ я вынужден процитировать дословно.

«Его Святейшеству Святейшему Патриарху Московскому и Всея Руси Алексию II от …

НИЖАЙШИЙ РАПОРТ

Довожу до сведения Вашего Святейшества, что в первых числах октября 1996 г. в Казанском храме г. Н. Тагила иеромонахом П. (Пименом. – Авт.) мне было предложено «УБЛАЖИТЬ» Епископа Екатеринбургского и Верхотурского Никона… Я должен был исполнить… в постели роль мужчины. Я дал свое согласие. Мне было обещано «заочно» его покровительство.

…После вечернего застолья Епископ Никон удалился в свои покои, а свита его была отпущена по домам. Иеромонах П. подошел ко мне и сказал, что Епископ меня уже ждет. И чтобы я не стеснялся его.

 


Пикеты прихожан возле екатеринбургских церквей (телевизионные кадры)

Я зашел в покои, он сидел за столом, я разделся, и мы легли в постель. Он стал пытаться поцеловать меня в губы, но я отстранил его… Он попросил меня, чтобы я «поимел» его в задний проход… Я исполнил его желание…

 

В следующий раз я, будучи в командировке в Епархиальном Управлении, остался с ночевкой… История предыдущего уединения повторилась… Год спустя наши уединения возобновились в Верхотурском Николаевском монастыре… Я приходил и «ублажал» его женские страсти. Таких встреч было три, после чего я стал избегать Епископа.

На протяжении всего времени он ТРЕБОВАЛ, чтобы я нашел ему кого-нибудь еще. И как он говорил, что снова хочет, «чтобы его сношали два молодых парня».

За то, что я «ублажал» Епископа, мне иеромонахом П. было дано 5 млн. руб. и около 1 млн. руб. Епископом Никоном.

В том, что вышеизложенное является правдой, я готов присягнуть на Святом Евангелии.

03.12.98 г. (Подпись)».

«…Довожу до сведения Вашего Святейшества, что как только я поступил в Екатеринбургское Епархиальное Духовное училище… меня с другими учащимися… привезли на дачу Епископа Никона, якобы для работ, там нас поили водкой, водили в баню с бассейном, показывали видеофильмы… Когда я зашел в парилку, там я увидел совершенно голого архиерея. Он взял меня за руку, притянул к себе и поцеловал… Потом мы с ним пошли в его покои… Он сказал, что будет исполнять роль женщины и чтобы я переспал с ним. Я исполнил его желание… Дальнейших событий я не видел, так как был пьян и уснул… Наутро Епископа Никона не было…

Накануне престольного праздника в храме Казанской иконы Божьей Матери г. Нижнего Тагила… ко мне в 2 часа ночи приехал иеромонах Пимен и сказал, что меня хочет видеть Владыка… Владыка обвинил меня в том, что я ПРЕДАЛ его и рассказал кому-то о нашей связи. Я сказал, что никому об этом не говорил. Вдруг он, повернувшись к алтарю… сказал мне, что клянется у алтаря, что если я кому-нибудь скажу о нашей с ним связи даже на ИСПОВЕДИ, то меня положат под гроб и никто меня никогда не найдет…»

«…Владыка Никон, когда приезжал в монастырь, постоянно имел со мной беседы на «скабрезные» темы, в частности, он постоянно просил найти ему келейника или мальчика при монастыре. Один раз он даже потребовал (будучи изрядно пьяным), чтобы я поставлял ему мальчиков, ссылаясь на то, что в других Епархиях настоятели монастырей занимаются поставкой мальчиков Правящим Архиереям… Затем он перечислял имена Архиереев, которые занимаются «неблаговидными делами». Он рассказывал о том, что если бы у него был мальчик, то он бы так не нервничал во время совершения Божественных служб…»

И таких свидетельств несколько десятков. Из них следует, что многие из ближайшего окружения Никона – либо любовники (архимандрит Клавдиан, иеромонах Пимен, иерей Владимир и другие), либо поставщики мальчиков. Всем, кого хотели совратить, епископ или его доверенные предлагали деньги, камилавки, должности, богатые приходы, высокое покровительство. Кто отказывал, мог в 24 часа отправиться на край света. Одного священника сослали в приход, где и церкви-то не было…

«Голубое дело» поставлено так, что духовное училище стало «кузницей геев». Практиковалась «хитрая» методика приема: давали специальный тест, сочиненный редактором епархиальной газеты, священником Димитрием Байбаковым. Около двухсот вопросов типа «любишь ли ты смотреть на себя обнаженного в зеркало и рассматривать член». На ответ давалось две секунды. С помощью этого теста определяли сексуальную ориентацию. Естественно, предпочтение отдавали тем, кто больше «подходил». Доказательств, что это делалось с благословения епископа, пока нет, зато известно другое. Один из студентов признался, что Владыка после бурной ночи сказал ему: «По тесту ты не прошел. А здесь – соответствуешь!»

Но и этого Владыке было мало.

Из уже упомянутого письма на имя Его Святейшества (108 подписей):

«…Архимандрит Клавдиан говорил, что Спасо-Преображенский Каменск-Уральский монастырь, где он является настоятелем, будет специальным монастырем – там для архиерея будут подобраны соответствующие кадры, то есть гомосексуалисты… О предназначении Каменск-Уральского монастыря под притон для педерастов слышал от самого Владыки и игумен Тихон (Затекин)…»

ХРОНИКА СВЯЩЕННОЙ ВОЙНЫ-2

 

Апрель – май. Решением Священного Синода «бунтаря» отца Авраама переводят духовником екатеринбургского Ново-Тихвинского женского монастыря. Отцу Тихону, почетному гражданину Верхотурья, дают полуразрушенную Успенскую церковь при кладбище.

Прихожане отвечают акциями протеста.

В прессу сбрасывается мощный компромат на зачинщиков бунта. Их обвиняют в связях с криминальными структурами, разврате, пьянстве, воровстве, упрятывании монахов в психушки, рукоприкладстве и даже убийстве.

Местный тележурналист и историк Андрей Санников проводит скрупулезное расследование по каждому из этих обвинений и в своей передаче «Земля Санникова» доказывает, что это «деза», рассчитанная на дураков: «авось что-нибудь да зацепится».

Следующий этап – шантаж и угрозы. Неизвестные забираются в дом отца Геннадия (Ведерникова) в Нижнем Тагиле. Ему и отцу Фоме (Абелю) регулярно звонят: отступитесь.

Губернатор Россель, посетивший Нижний Тагил, заявляет, что Никон – порядочный человек, что его оклеветали «письмоносцы» и что клеветники уже наказаны. В поддержку епископа выступает уральское Движение за права гомосексуалистов…

15 апреля. Неизвестные (как потом выяснилось, знакомые архимандрита Клавдиана) по телефону связываются с игуменом Авраамом, а затем якобы для передачи важной информации два молодых лба заявляются в Ново-Тихвинский монастырь. «Отец, вы должны уехать из города. Иначе…»

25 апреля. Верующие Екатеринбурга приглашают отцов Фому и Геннадия на молебен «за очищение церкви». Возле креста на Вознесенской горке – на месте расстрела царской семьи – собираются более трехсот прихожан. Молятся семь священников.

 


 

2 мая. Молебен повторяется.

«ВАС В ПРОРУБИ НАЙДУТ!»

 

…Звоню в Нижний Тагил. Иерей Фома и протоиерей Геннадий на встречу соглашаются сразу, хотя ясно, что им есть чего опасаться.

– Приезжайте!

О. Фома, благочинный приходов, находящихся в местах лишения свободы: «Верующие уже все знали о Никоне и пришли на горку молиться за чистоту церкви. И мы решили, что это наш долг – быть вместе с ними».

О. Геннадий, настоятель храма Александра Невского, член епархиального совета: «Когда мы завершали молебен, я обратился к прихожанам со словом: «Хотите ли вы, чтобы вы или в будущем ваши дети пришли на исповедь к священнику-педерасту? Если нет, то вера должна обозначаться не декларациями, а делами. Поэтому мы должны сделать все, чтобы Никон и ему подобные не довели нашу церковь до уничтожения изнутри».

О. Фома: «Смысл проповеди отца Геннадия был еще в том, что молчанием предается Бог, что если есть вопиющие случаи внутри церкви, то церковь должна от них очищаться. Во время проповеди многие, даже мужчины, плакали. Потом подходили и благодарили отца Геннадия за мужество».

О. Геннадий: «Меня побудила выступить открыто конкретная ситуация: пострадало мое духовное чадо, которое я готовил стать священником. Он подвергся совращению Никоном. Когда он увидел извращенный секс на даче епископа, был настолько шокирован, что потерял равновесие душевное. Парень потом полтора месяца лежал в психиатрической больнице. Полгода мы с ним даже не могли вступить в нормальный человеческий контакт. К счастью, от церкви он в итоге не отвернулся, от веры не отошел. Просто понял, на каких рубежах сегодня идет война в России».

О. Фома: «На сегодняшний день нам известны три юноши, которые оставили духовное училище из-за того, что их пытались совратить. Еще двое тоже подверглись попытке растления, к счастью, неудачной. Один подвергся развращению. Это только из училища… На епископскую дачу их возили якобы для работы, а там их пытались споить, показывали гомосексуальные порнофильмы. Их возил туда шофер, гомосексуалист, в обязанности которого входила, так сказать, прелюдия развращения…»

О. Геннадий: «А представлялся он офицером ФСБ… Вообще как только мы подняли вопрос о морально-нравственном облике епископа, сразу начались угрозы в наш адрес. И по телефону, и в лицо. Например, отец Владимир Поммер в присутствии других священников сказал нам с о. Фомой: «Отцы, вы же ездите служить по тюрьмам! Одно дело служить, а другое – сидеть. Приедете в тюрьму, а у вас – наркотики…» Со стороны епископа неоднократно звучало в присутствии почтенного собрания духовенства: «Отцы, кто из вас поручится, что доедет до дома… Вдруг кого-то в проруби найдут!»

О. Фома: «Еще он неоднократно говорил: «Отцы, моя панагия перевесит все ваши кресты!» То есть давал понять, что он неуязвим… Нам инкриминируют то, что мы второй раз поехали жаловаться. Но причина-то была в предвзятом отношении председателя комиссии архиепископа Сергия… Разбираться комиссия не собиралась, она приехала, во-первых, усмирять бунт, а во-вторых, запугать остальных! И поэтому когда Никон заявил, что его простили, естественно, мы поехали еще раз – добиваться справедливости. И «добились». В результате Синод вынес всем нам порицание и предупредил, что если подобное повторится когда-нибудь, то последуют более жесткие канонические меры… Мы вынуждены были обратиться в прессу, потому что нет уже внутрицерковных методов решения проблемы. Приговор Священного Синода как приговор Верховного суда – обжалованию не подлежит. Но не со всяким приговором можно согласиться… Мы обличаем тот грех, который делает невозможной принадлежность к православной церкви. Мы не можем примириться ни с ересью, ни с грехом. Лично я буду идти до конца!»

Протоиерей Владислав Петкевич, стаж службы в Русской Православной Церкви двадцать пять лет, из них пятнадцать – в Свердловском кафедральном соборе. Один из тех, кто из-за Никона вынужден был уйти в РПЦ Заграницей:

«Страшно не то, что люди узнали о грехах Никона, а то, что своими действиями он отвернул от себя многих очень честных священников, монахов и прихожан. В результате люди просто могут разувериться в Боге. Кроме того, Никон дал повод засомневаться в чистоте высших эшелонов архиерейской власти в масштабе всей Русской Православной Церкви Московской Патриархии. Дал повод думать, что среди высшего духовенства достаточное количество педерастов. Другим поддержку Никона в Москве объяснить невозможно».

РЕЦЕПТ ГУБЕРНАТОРА

 

…Пытаюсь пробиться на прием к Эдуарду Росселю. Как только узнают, откуда и по какому вопросу, – стена. Посылают… к пресс-секретарю. Но что скажет пресс-секретарь, известно. Как только запахло жареным и вмешалась пресса, его шеф выбрал самую удобную позицию. Суть ее уже озвучил вице-премьер Александр Коберниченко, сказав в интервью агентству «Регион-информ», что это «внутрицерковные дела». Мол, пусть сами и разбираются…

Потрясающая мысль! Выходит, ритуального маньяка, заслуженного учителя РСФСР Анатолия Сливко (семнадцать задушенных и разрезанных на куски мальчиков) должен был разбирать педсовет (внутрипедагогические дела!), врача «скорой помощи», насильника и геронтофила Василия Кулика (четырнадцать убитых престарелых женщин) – Минздрав (внутримедицинские!) и так далее. Представляю, что было бы, если б и они пошли по пути Священного Синода…

На сегодняшний день расклад сил таков. По одну сторону баррикад группа известных и уважаемых священников, сотни их прихожан, интеллигенция, по другую …

Никона активно поддерживают влиятельнейшие: Патриархат, губернатор Россель и Движение за права гомосексуалистов. Из местных священнослужителей – «тестовед» Димитрий (Байбаков), разумеется, «гражданские мужья» епископа архимандрит Клавдиан и иеромонах Пимен (что это за птица, я узнал из одного документа: «…Живя в номере гостиницы, пил буквально неделями, мочился под себя. Пьяный, грязный, пропахший мочой, ходил по епархии и сквернословил… Владыка… к последней Пасхе исходатайствовал у Святейшего Патриарха для о. Пимена сан игумена…»). И часть духовенства, запуганная непонятными репрессиями Синода и «книгосжигателем» Никоном.

Кто победит?

Судя по всему, последнее слово за Патриархом. Или… правоохранительными органами. По крайней мере, статью 133 УК России еще никто не отменял…

P.S. Приказом главнокомандующего ВВ МВД РФ от 18 апреля 1999 года «…за активное участие в патриотическом и духовном воспитании военнослужащих внутренних войск» епископ Екатеринбургский и Верхотурский Никон награжден знаком ВВ МВД РФ «За отличие в службе I степени».

Источник: "Совершенно секретно", № 5/121 1999 г.